Эскиз к спектаклю по моим рассказам о Пабло Пикассо был сыгран на малой сцене Большого Театра Кукол.

Автор, которому повезло увидеть свой текст в ином творческом воплощении, воспринимает это, как чудо. По крайней мере, я так воспринимаю. Текст начинает жить своей жизнью, обретая смыслы и символы, которыми их наделяет режиссёр, актёры, художник. И жизнь эта, конечно, связана с первой и общей идеей, но в целом это воспринимается так, словно у текста появился брат, на него и похожий, и непохожий.

Это новое прочтение заставило меня заново пережить те эмоции, которые я испытывала, когда писала «Мальчика из Малаги», а ведь они давно забыты и заслонены более поздними. Каждый новый текст отдаляет писателя от предыдущих, он всегда горит только им, а старое воспринимается отдельно, будто написано кем-то другим.  История «Мальчика из Малаги», конечно же, началась в детстве, когда я, часто предоставленная сама себе, листала альбомы по искусству.  Было это детское удивление лицами, которые состоят из разнообразных фигур, глазами на одной стороне лица, всякими изломами, извивами и кричащими цветами. В 2002 году я побывала в музее Пикассо в Барселоне, и там бродила под впечатлением многочисленных версий «Менин» Веласкеса. У меня никогда не возникало желания повесить на стену репродукцию Пикассо. Неинтерьерный он, неуютный. Но я всегда стремилась увидеть его картины в разных музеях, ведь сила его гения по-прежнему действует на нас.

В 2009 году я была в декретном отпуске, но формально ещё числилась в редакции журнала «Всемирный Следопыт». И вот им понадобился журналист, свободно владеющий английским, для международного пресс-тура в Малагу. Тут про меня вспомнили и заслали. Нашу группу, в которую входили журналисты из Норвегии, США, Германии, Дании, Ирландии, водили и в Музей Пикассо. И там я собирала материал для статьи о его детстве, которая после вышла во «Всемирном Следопыте», в номере, посвящённом Испании. А после мне захотелось написать рассказы на этом материале. Вторую часть, про взросление, когда семья Пикассо переехала в Ла Корунью, я писала про просьбе издательства, которое недавно решило не публиковать книгу, промариновав меня почти два года.

«Мальчик из Малаги» у меня зато самый везучий в смысле журнальном и театральном. Только что, в августе, он вышел в журнале «Костёр». Его уже ставили в детском театре-студии «Арт-диалог», и для меня это тогда было очень радостным и важным событием. А теперь я увидела новую версию на малой сцене Большого Театра Кукол. Получилось это благодаря случайной встрече с режиссёром Анной Бессчастновой на её мастер-классе по теневому театру в Севкабеле. Такие подарки судьбы удивительны и не дают терять веру в чудеса. Потому что Анна как раз собиралась подавать заявку на «БТК-лаб». Это мероприятие для молодых режиссёров, где они ставят эскизы на заданную тему, а затем их смотрят профессионалы, обсуждают, дают советы и, возможно, потом эскиз превращается в готовый спектакль. Темой этого года были знаменитые люди. И мой «Мальчик из Малаги» как нельзя лучше подошёл – ещё одно совпадение.

Потом, когда я пришла не репетицию, выяснилось, что я знаю тех замечательных актёров, которые согласились участвовать в постановке. Ивана Солнцева, Марию Батрасову и Ирину Кривчёнок я уже видела в разных спектаклях, на которые ходила с Лизой. Я снова обрадовалась этому, как чуду.

И каким же удивительным получился этот эскиз! Поскольку он про детство художника, то сам Пикассо в нём то нарисован на стене, то предстаёт в виде карандаша или кисточки. Этюдник очень легко превращается в лошадь, а платье на вешалке символизирует свадьбу. Семейные портреты ходят и разговаривают, как если бы так играли дети, одушевляя их. А образы будущих, ещё ненарисованных маленьким Пабло знаменитых картин, танцуют и летают. Пикассо очень повезло, его поддерживали родители, в него верила вся семья.  Именно это показывает комическая «дуэль» матери художника и учителя дона Санчеса. Взрослые без труда считывают в очень дальней родственнице «Любительницу абсента», а дети просто хохочут, глядя, как портрет открывается, и оттуда выглядывает смешное лицо актрисы.  Детский спектакль всегда должен быть разноуровневым, чтобы и взрослые имели возможность улыбнуться или, наоборот, погрустить.

А ещё на репетиции эскиза я впервые услышала, как поют песни на мои стихи. Сочинять стихи я, кстати, давно бросила, и делаю это только для каких-то утилитарных целей, вроде вот этой. Режиссёр Анна Бессчастнова дала мне чёткие задания: написать, например, «Песню первого карандаша» или «Песню чистого холста». Если человек уверен, что я могу это сделать, то значит, я правда могу! А потом композитор Женя Клекотнёва сочинила к ним музыку, да такую, что она сразу приросла к словам, и песни начали крутиться в головах у всех, кто их слышал.

Когда под трели испанской гитары на сцену выходят дети и начинают испещрять рисунками огромный лист бумаги, это момент катарсиса. Потому что всё сошлось – рисующие дети, рисующий Пикассо, голубка с оливковой веткой в клюве, музыка и актёры, энергетика которых передаётся залу.

Захотелось записать всё это, пока свежи эмоции. Замечательно, что вдохновение – это волшебная эстафетная палочка. Пикассо передал её мне и я, перерыв изрядное количество биографических текстов, написала рассказы. Я передала её Анне, и она придумала, что будет происходить на сцене. Анна передала её актёрам, и они тоже начали придумывать, предлагать свои варианты сценических ходов; композитору, и она начала творить музыкальный образ далёкой Малаги. А самое замечательное, когда эта волшебная палочка попадёт после спектакля в руки детям, которые захотят узнать что-то о Пикассо и, конечно, творить!

Эскиз спектакля по мотивам книги Анны Ремез «Мальчик из Малаги» .

Режиссёр — Анна Бессчастнова.

Композитор — Женя Клекотнева.

Художник — Екатерина Касьянова.

Пабло — Иван Солнцев.

Мария Пикассо — Мария Батрасова.

Тетушка Ремедиос — Ирина Кривчонок.

29.08.2019, малая сцена Большого театра кукол

Фото Artem Bondarenko

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *